Для политзаключенных письма остаются чуть ли не единственной связью с реальностью: через них они узнают последние новости, делятся своими мыслями и рассказывают о своей жизни. На прошлой неделе мы собирали стихотворения, которые присылают в письмах из тюрем. А сейчас рассказываем, что политзаключенные пишут о своих буднях за решеткой.
Марфа Рабкова
Марфа Рабкова — правозащитница и координаторка волонтерской службы незарегистрированного ПЦ «Весна».
Ее вместе с мужем задержали 17 сентября в рамках уголовного дела по ч. 3 ст. 293 УК (Обучение или иная подготовка лиц для участия в массовых беспорядках, либо финансирование такой деятельности). В феврале девушке предъявили новые обвинения по ч. 3 ст. 130 (Разжигание социальной вражды к власти группой невыясненных лиц) и ч. 2 ст. 285 УК (Участие в преступной организации). Ей грозит до 12 лет лишения свободы.
Марфа находится в СИЗО уже год и один месяц. Вот что она писала об этом в одном из своих писем:
«Мне тоже не верится, что прошел год. Иногда от этого становится грустно, как подумаешь о том, сколько времени ты в заключении. (…)
Из нового — я стала упорно и активно заниматься, делаю упражнения во время прогулок и в камере. Уже это вошло в привычку. Но бывает, включается ленота, если из-за дождя мы не идем гулять.
Проснулся аппетит, и я ем достаточно много, нужно урезать рацион, а то выйду пампушкой. Сейчас я в идеальной форме — приблизительно 50 кг или чуть меньше. Сложно сориентироваться без весов. Зарядку на улице мы делаем коллективно всей камерой, это подбадривает, да и вообще все проходит веселее. Мои достижения — 105 раз приседаю и 5 раз подтягиваюсь на кровати. Вот такой небольшой прогресс, но нужно идти дальше. (…)
Мне с ними [соседками по камере] повезло, стараемся придумывать новые занятия для совместного досуга. Например, стали писать диктанты. И это неспроста — со временем в СИЗО мозг начинает тупить, и ты не можешь вспомнить, как пишутся даже самые банальные слова. Хотя вроде и читаем много, пишем письма — толку нет. И подобная деградация происходит абсолютно у всех. Поэтому и решили писать диктанты с последующим разбором ошибок. Тянем спички, кому из нас диктовать. Я пока ни разу этого не делала».
Александр Сузько
Александр Сузько — житель Мозыря, футбольный фанат. Его задержали 4 мая этого года с помощью ГУБОПиКа и СОБР, а после предъявили обвинение по ст. 342 УК (Организация либо активное участие в групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок). Уголовное дело возбудили за акции протеста в августе 2020 года.
В одном из писем мужчина описывает, как выглядит его камера — и как сильно с этими реалиями контрастируют полученные письма:
«Ваше письмо я открыл в темной камере, куда не попадает даже солнечный луч, так как на окнах кроме решеток еще металлические пластины, закрывающие от моих глаз прекрасный окружающий мир с такими людьми, как Вы. Ваше письмо было солнцем, надеждой, несущей аромат свободы, и счастья, будущей жизни. Этот аромат связан у меня с запахом свежесваренного кофе, который я как бармен умею профессионально приготовить, и в компании любителей футбола выпить этот кофе».
Кася Будько
Кася Будько — активистка, участница «Задзіночання беларускіх студэнтаў», уже бывшая студентка БГПУ. Ее задержали 12 ноября 2020 года вместе с другими студентами в рамках уголовного дела по ч. 1 ст. 342 УК (Организация либо участие в групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок).
В июле девушку приговорили к 2,5 годам колонии. В письме друзьям Кася вот так описывает свой тюремный досуг:
«Сейчас история о том, как мы решили устроить поэтический вечер. Придумали такую вечеринку еще неделю назад, планировалось выделить пару часиков свободного у всех времени и по очереди читать наизусть стихи. В процессе подготовки выяснилось, что вспомнить целиком хоть одно произведение просто невозможно, тем более, если это что-то любимое и качественное. Сложновато быть романтиком без Интернета)))».
Сейчас студентка находится в колонии, и быт там существенно отличается от реалий СИЗО:
«Уже 5 ноября нас должны распределить на отряды, т. к. 2-недельный карантин подошел к концу, а там уже и на работу, шить форму. За это время прошли медосмотр и подписали всю свою одежду, чтобы уберечь ее от воровства.
На прошлой неделе меня поставили работать на кухне, и я вытирала со столов (могла пол) после каждого приема пищи. Кухня в карантине маленькая, поэтому работа была не пыльная».
А это письмо она прислала совсем недавно:
«В колонии ведь нужно подписывать все свои вещи (чтобы не украли, хотя и так воруют, особенно трусы). Так вот, нам выдали маленькие лоскутки черной ткани и раствор с высокой концентрацией хлорки, которым нужно было написать свою фамилию, а потом пришить этот черный лоскуток к белью. В целом было весело, и я сразу вспомнила, как мы красили одежду.
Ну и да, я ведь, конечно же, заляпала хлоркой юбку, и теперь прям посередине высветленное пятнышко :)»
Леонид Герасимлюк
Леонид Герасимлюк — житель Гродно. В августе его осудили на 3,5 года колонии по ч. 3 ст. 361 УК (Действия, направленные на причинение ущерба национальной безопасности), обвинив в публичных призывах к насилию и совершению актов терроризма, которые он якобы публиковал в октябре-ноябре 2020 года в одном из публичных телеграм-чатов.
В письме Леонид рассказывает, как начинается его день:
«Каждое утро я просыпаюсь с мыслями: „Я рад, что проснулся в той компании, в которой я сейчас нахожусь… Здорово, что именно я оказался в этом месте и в это время. Мне посчастливилось сделать наш мир лучше, всё это благодаря Вам и нашим совместным усилиям! Я в это искренне верю!
За нами правда, справедливость и свет… Добро и свет всегда побеждают зло и темноту».
Александр Василевич
Известного бизнесмена, соучредителя изданий kyky.org и TheVillage-Беларусь и владельца пространства (ныне уже закрытого) «Галерея Ў» Александра Василевича прошлым летом задерживали дважды. Сначала ему дали дали 14 суток — он пришел писать ходатайство об изменении меры пресечения Виктору Бабарико, а потом 28 августа задержали снова, но уже представители ДФР.
Из-за подписки о неразглашении, которую дал адвокат, до сих пор неизвестно, в чем обвиняют бизнесмена. На свободе Александра ждет жена и дочь Уршуля, родившаяся после задержания папы.
Вот кусочек из его письма, который емко описывает тюремные реалии:
«Реальность местная слеплена из прошлого. Жизненно-бытовой технологический уклад производит впечатление современного из-за ТВ. За этим исключением — легко можно принять за середину прошлого века.
Окончательно понял, что в наших краях дух времени остановился в своем развитии, когда читал „Споведзь“ Ларисы Гениюш».
Татьяна Екельчик
Татьяна Екельчик — уже бывшая студентка БГУ. Девушку задержали 26 ноября сотрудники КГБ, перед этим проведя у нее дома обыск. В рамках «дела студентов» по ст. 342 УК Татьяну осудили на 2,5 года.
Девушку недавно этапировали из СИЗО в колонию. Вот как она описывает перемены:
«Дышится в колонии в прямом смысле этого слова легче. В каменных прогулочных двориках СИЗО невозможно было полноценно дышать свежим воздухом, а тут — и воздух по-настоящему свежий, и для взгляда большой простор. Хотя режим после СИЗО кажется очень жестким. Но это в первое время, пока не привык.
Надеюсь, что у меня будет оставаться достаточно времени, чтобы заниматься математикой и почитать книги! :) На данный момент это лучший способ отвлечься от реальности и забыть о проблемах».